Silence Kit: Космос в пределах Земли
Автор: meterLink
Октябрь 2002 года. На свет появилась группа Silence Kit, первые мысли о которой родились у участников группы Dairy High гитариста Бориса Белова и барабанщика Григория Алексаняна ещё летом 2000 года. Роль вокалиста была предложена Федору Дмитриеву - другу и поклоннику Dairy High. Позже в группу был приглашен клавишник Андрей Гаврилов - бывший вокалист группы Мосты и частый посетитель концертов Dairy High. И, наконец, по специальному, "закодированному", объявлению откликнулся бывший басист группы "Сквош" Сергей Богатов - состав был укомплектован.

Апрель 2003 года. В результате обострившихся творческих противоречий группу покинул один из основателей - Григорий Алексанян. После непродолжительных поисков ему была найдена более чем адекватная замена в лице Сергея Ледовского, также играющего в группе Люмены.

Май 2004 года. Выходит второй альбом группы, получивший название "Pieonear". Группа поучаствовала в фестивале Avant Music.

Июль 2005 года. Группа начала выезжать в другие города (Нижний Новгород, Тверь, Питер). Поиграла с испанцами "Mus" и чехами "Ravelin 7". В рамках фестиваля "Avant" проехала по трём городам России вместе с английской группой "Hood".

Если честно, то до концерта 4 марта в арт-клубе "44" музыку Silence Kit я не слышал, и шёл на интервью, вооружившись только диктофоном и материалом, взятым из сети. Было интересно один на один пообщаться с людьми, которых почти каждый интернет-зин называл "единственной и уникальной пост-рок командой на просторах СНГ". С людьми, у которых были совместные выступления с англичанами Hood, испанцами Mus, чехами Ravelin 7 и отечественными Foojitsu и два альбома которых были раскуплены почти мгновенно. В итоге все ребята оказались весьма открытыми и хорошими парнями, которые приехали просто поиграть и поделиться мыслями с другими. О космосе, который был на протяжении всего концерта рассказывать не стоит. Каждый, кто был в тот вечер в клубе, подчеркнул что-то для себя. А это интервью - как дополнение к мыслям, которые были сыграны на концерте.

Silence Kit:
Борис Белов - гитара
Фёдор Дмитриев - гитара, вокал
Сергей Богатов - бас
Наири Симонян - ударные

Как добрались?
Наири: В дороге у нас было гей-порно фрик шоу. Это было нечто. Честно говоря, мы сами от себя такого не ожидали.
Сергей: Ты за себя говори. А вообще мы нормальные пацаны!
Наири: Я вот девушек люблю. И они меня тоже любят.

Чем Киев отличается от Москвы?
Наири: Киев более живой и европейский город. Все стройки, реставрации, реконструкции, новостройки, которые мы наблюдали при въезде в город , при чём всё индивидуальной планировки - это говорит о многом!
Сергей: Это в нём говорит архитектор. По крайней мере, нам удалось центр хорошо осмотреть.
Наири: А центр - это вообще Европа! Европейский город во всех отношениях, относительно Москвы. И в географическом отношении тоже.
Сергей: За исключением одного момента, который мне не понравился. Я о машинах. Вот пример - горит зелёный человечек. Ты идёшь, а машина едет и не пытается тебя пропускать. Вот этого я не понял. Там, наверное, стрелок нет на светофоре, им поворачивать надо.
Фёдор: Но, в общем, впечатления просто супер от города.

А по поводу людей? Я вот бывал в Москве, и мне показалось, что там люди более злые, зажатые...
Сергей: Сейчас мы будем тебя убивать... :-)
Наири: Я бы сказал что Москва - это джунгли, где каждый сам за себя.
Борис: У нас есть друзья - группа Hot Zex, с которыми мы познакомились в Новосибирске и очень сдружились. Так там есть такой человек - Михалыч. Короче, когда ребята первый раз в Москву приехали погостить, после отъезда Михалыч ещё жил в Москве 10 дней. И когда мы с ним уже на 8 день сидели в кафе, он мне сказал: "Слушай, Борян, я здесь уже больше недели живу, но ты первый москвич, которого я встречаю". Настоящего москвича трудно встретить.

А девушки в Киеве как?
Борис: Отлично!
Фёдор: Все просто молчат и бьют руками об пол (смеётся).
Сергей: Из под юбок пробиваются первые коленки.
Наири: А я вот ещё ни с кем не пообщался, но внешне пока хорошо.

Хорошо. Почему всё-таки распалась "Dairy High" - из-за Silence Kit?
Борис: Возникли разногласия внутри коллектива. А Dairy High не распались - они и сейчас существуют, даже играют концерты и репетируют с нами на одной базе. Вот у них недавно был концерт, так те, кто там побывал, говорят, что прикольное выступление было. В общем, были некоторые разногласия с вокалистом, Сашей.

Ну это не из-за желания творить другую музыку?
Борис: Желание делать другую музыку вообще было изначально. Когда мы с Григорием Алексаняном делали Dairy High, мы изначально планировали что-то другое делать. Самое интересное, что то, что я хотел услышать в Dairy High, я услышал после распада в другой группе - Dark Star вроде. Но вот Саша был больше такой Робби Вильямс. Если честно, то мне всегда казалось что Саша - это Робби Вильямс. Когда мы как бы играли в группе Sonic Youth, Саша был Робби Вильямс.
Сергей: Саша как бы играл в группе Supergrass.

А когда начинали, были какие-то ориентиры в музыке?
Сергей: Ну Могвайчик я люблю (улыбается).
Борис: Да, сначала Могвайчик был. Но это было давно. Хотя когда записывали первый альбом, то может кто-то и думал о Mogwai, но у меня были совсем другие ориентиры.

Правда ли, что когда вы собрались - сразу начали готовить материал, а концертов не было?
Борис: Мы записали альбом, и у нас уже был готовый материал на болванках, но тираж ещё опоздал на неделю. Вообще-то первый концерт был на фестивале Stop The Silence и мы играли первыми. Просто вышла новая группа, разложила примочки и отыграла. На этом и закончилось.
Сергей: Получается так, что группа играет концерт. Играет какой-то накопленный материал, потом записывает альбом и с этим же материалом выходит опять на концерты и публика опять требует того же материала, который записали на альбоме. И вроде против природы уже не попрёшь. А тут изначально была мысль сделать так, что бы записать альбом, а потом что бы было уже легче играть то, что записывалось.

Как добивались звучания - заканчивали звукорежиссерский? Или действовали методом "научного тыка"?
Фёдор: Просто слушали много чего.
Борис: Мне кажется, на этот вопрос каждый ответит по-своему. Я только сейчас более-менее знаю, чего хочу в звуке.
Сергей: Я себя до сих пор нормально настраивать не умею. Это всё в процессе - когда играем, так ведь всегда бывает. В процессе начинаем понимать чего хотим.

Быстро вообще разошлись тиражи двух альбомов?
Сергей: Я могу сказать, что второй альбом продался быстрее, чем раздался первый.

А писались где?
Борис: Была база - практически обитель всей московской тусовки. База и по совместительству студия. Там все мы писались, ошивались в комнатушках - жили, спали, пили, даже один раз Новый Год встречали! Но потом, к сожалению база прикрылась. Сейчас можно сказать, что все разбрелись как осколки по вселенной и кто как может, так и выживает.

Второй альбом там же писался?
Борис: Да! Там и первый писался.

А издавались как?
Борис: Сами, своими силами.

То есть такой себе DIY?
Борис: Точно. Я думаю, как только мы подпишем контракт, с каким-нибудь лейблом, то на следующий день уже можно будет объявлять о распаде группы.

С выходом третьего альбома такого не будет?
Борис: Нет, мы на своём лейбле будем издавать. И переиздания предыдущих альбомов мы тоже сделали на своём лейбле. Но со своим лейблом, опять-таки, никаких контрактов мы не подписывали (смеются). У нас уже есть пару групп на лейбле и вот сейчас хотим кого-нибудь привлечь из зарубежных - контакты есть, самое главное.
Наири: Я объясню, для чего мы вообще пользуемся лейблом. Для того чтобы контактировать с зарубежными командами было проще - напрямую опасаются все вести переговоры вести, а когда есть какая-то структура, легче переговоры делать. Так есть своя независимая студия.

А трудно содержать лейбл?
Наири: Да, конечно, это как дитё воспитывать. Надо рожать, воспитывать.

И третий альбом тоже собираетесь сами писать - в таких же подпольных условиях?
Борис: Ну не настолько они подпольные, чтобы уж очень. Сейчас уже всё стало более доступным.

То есть, нет желания найти продюсера?
Борис: У нас есть замечательный звукорежиссёр - Саша Мишин, с которым мы записывали первый и второй альбомы. И к третьему собираемся его привлечь. Он всегда очень трудолюбивый и всегда присутствовал при записи нашей.
Сергей: Все технические вопросы решаем вместе и с его помощью, но если что-то не устраивает, он берёт и переделывает на свой лад.

А нет желания писаться за рубежом, в Европе, например?
Борис: Да нет, не возникало таких вопросов.
Сергей: Ну есть желание на Марсе жить. Будет день - будет пища, зачем придаваться мечтаниям?

Что-то зарабатывается с помощью группы?
Борис: Грубо говоря, мы возвращаем себе то, что потратили.

Это не основная профессия?
Борис: Нет, конечно, мы работаем каждый на своей работе. Все деньги, которые мы зарабатываем с группы - кладём в кассу. Потом они тратятся на запись. Сейчас покупаем (практически уже купили) свой аппарат. Теперь взрослые дядьки, так сказать, со своим аппаратом ездим. :-) Потом от продаж альбомов, выступления на концертах заработаем опять денег и запишемся.

Зарабатывать музыкой в России реально? Такой музыкой?
Сергей: Я, если честно, эту ситуацию анализировал и мне кажется, что можно зарабатывать. Вот, допустим, простой пример - Кап-Кан Рекордс. Вот они нормально зарабатывают, и я могу сказать, что это уже простой поп-лейбл. Политика у них, в крайнем случае, уже такая.
Наири: Ты так же заметь, что "Кап-Кан" существует не только на продаже дисков, у них ещё есть очень много альтернативных вариантов продаж - мерчендайзинг, например.

Как развиты инди-лейблы в России?
Наири: Каждый участник каждой группы делает себе лейбл. Это, конечно, правильно, но если говорить о качестве, то тут совсем другое. И насколько развит инди-лейбл, зависит только от создателей их. То есть, если человек в этом действительно заинтересован, то нормально всё будет.

А они потом непосредственно становятся мэйджор-лейблами? А что думаете об Old Skool Kids Records как о лейбле?
Сергей: Ну, они хороший лейбл. У них как всё было, так и осталось, на уровне подхода. И они без говна обходятся. Я разговаривал с их директором - Волошиным. Так они берут 5 экземпляров своего какого-нибудь релиза и меняют на 5 экземпляров другого релиза и продают по цене своего. И получается что у них уже каталог из тысячи наименований.
Наири: Они верны своим позициям и никогда не будут ничего подписывать, если это не в их политике. Вот можно сказать, что они развитый инди-лейбл, возвращаясь к предыдущему вопросу. Они даже больше DIY инди-лейбл.

Приносили песни на радио, ТВ? Нет желания или не берут?
Борис: Это не наше поле деятельности. Я вот скажу, что недавно была связь с городом Омском, который напрямую попросил: "А можно поставить ваши песни крутить на радио?". Просто там сразу видно, что человек понимающий. Но так, что бы добиваться нам, чего-то просить, это нет.
Сергей: Нам когда-то написали, что в Швеции крутили наши песни.
Фёдор: Но есть ещё Интернет радио, которое мы не контролируем, там вот есть вероятность, что крутят наши песни.

Ок. Давайте о вашем видео поговорим.
Борис: У нас много видео.

Непосредственно о клипе.
Борис: У нас один клип пока что.

Ну а где его реально найти?
Борис: На нашем сайте, хоть сейчас вроде ссылка уже не работает, но думаю, в ближайшее время устраним этот прокол.
Сергей: Кстати Рита, которая нам видео делала - с нами приехала. Она сейчас в зале с фотоаппаратом, с видеокамерой.

А большой суппорт приехал?
Борис: Рита. :-)
Сергей: Ну, вообще мы приехали впятером, но там ещё люди ехали. На других поездах, сами по себе и даже конкретно не на концерт, а так, по своим делам.

Видеоинсталляции сегодня будут?
Борис: К сожалению, нет.

А кто этим занимается?
Борис: Ну, вот одну инсталляцию делали я и наш друг Гоша Колмогоров. Он как оператор был, а я просто показывал места. А ещё у нас есть три больших фильма, которые нам делал тоже наш друг - Паша Руминов, режиссёр. Я думаю, в этом году он вообще станет крутым. Сейчас снимает первый коммерческий фильм, до этого снимал свои фильмы, независимые. Фильм называется "Мёртвые Дочери". Мы думали и хотели даже записать саундтрек к этому фильму, но не получилось, к сожалению.
Сергей: Несуществующий саундтрек к существующему фильму.

Слышал о таком фильме. Обещают первый российский хоррор.
Сергей: Ну да, что-то в этом роде.
Борис: Паша Руминов делал нам ещё три фильма. Мы с ним очень хорошо дружим. Сейчас вот мало общаемся, он просто сейчас всё время на съёмках пропадает и времени у него нет. Но было время, когда мы говорили: "Паша, у нас вот концерт в субботу. Через две недели. Мы будем показывать твой фильм, который ты снимал". И он отвечал: "Так давайте я сделаю новый?" Мы говорили: "Если успеешь, снимай". И было так один раз, что он нам снял. Мы играли на фестивале Avant вместе с Hood и показывали видеофильм, который он нам снял за несколько дней. И вот мы отыграли, и люди к нам просто подбегали и с удивлением на лице. А мы такие: "Ну давайте, хвалите". А они: "Кто вам снимал?" :-)
Сергей: Мне вообще потом было интересно - я всё пропустил, ничего не увидел. Весь концерт пытался повернуться и увидеть - а что же там было, но стоял спиной к экрану.
Фёдор: Я поворачивался во время игры. Очень классно было.

А как вышли на Hood? Они на вас или вы на них?
Борис: Ну, есть фестиваль Avant международный, в Европе проходит, Hood там были как бы хедлайнеры. Мы потом ещё ездили с ними в мини-тур.
Сергей: Но вообще на фестивале было много групп. В Питере мы играли первыми, а они последними. А в Москве так получилось, что мы играли перед ними. А в Нижнем Новгороде уже они как друзья нам были.
Борис: Ну, я с ними до сих пор переписываюсь. Главное, что контакты есть.
Сергей: Вот чем они мне нравится, так это тем, что у них каждый новый альбом - лучше предыдущего.

Нет желания с ними сплит записать?
Борис: Есть, конечно. Сами-то мы не против. Если ребята проявят желание, мы всегда рады.
Наири: Идеальный сплит, наверное, возникает только тогда, когда контакт между группами, которые собираются записать сплит настолько тесен и близок, что совместные песни рождаются там же, где группы тусуются и общаются. А не так, что "Привет, меня зовут Борис. Мне очень нравится ваша музыка. Я хотел бы сделать с вами сплит ".
Сергей: Короче - как дуэт Алсу и Иглесиаса.

А желания поработать с Estetic Education нет? Как они вам по уровню?
Борис: Я их даже видел в передаче "Кухня", которую когда-то смотрел. Вот на пикнике "Афиши" я их как-то не разглядел.
Сергей: На пикнике "Афиши" мы играли сразу после них. И вокруг суета постоянная. К тому же у нас был лимит времени 7 минут и за это время нам нужно было разложить все наши примочки.
Наири: Возвращаясь к предыдущему моменту - контакта с ними у нас нету. Мы с ними не знакомы, на самом деле. Хотя, конечно, можно сказать, что знакомы, но только на уровне "Здрасте".

Какие-то ещё украинские команды?
Сергей: Ну, "Грузовики" однозначно. Ещё, я вот помню, давно, годика так 2 назад, скачал песню группы Блюденс. Мне в принципе понравилось, хорошая такая группа. Для того времени неплохой эмоциональный рок.
Фёдор: Я ещё слышал группу Димна Суміш.

Коснемся политики. Вы вообще аполитичные люди?
Борис: Мы политичные внутри себя, внутри коллектива, и аполитичные снаружи. Мы не любим вообще обсуждать эту тему.
Фёдор: А имеется виду отношение к политикам или к ситуации на Украине?

К ситуации.
Фёдор: Я думаю, на этот вопрос каждый ответит по-своему. Я могу сказать за себя, что глубоко отрицательно. Это значит у меня активная политическая позиция? Но не так, что бы помидорами кидаться. У нас, кстати, демократия - это когда сажают и стучат по жопе.
Сергей: Я считаю, что демократия от человека исходит. И вообще любая свобода заканчивается в сантиметре от твоего кулака у носа.

В команде демократия у вас?
Борис: Диктатура у нас! Диктатура пролетариата.
Сергей: Я бы сказал, что не то, чтобы диктатура, а конституционная монархия.

А кто тогда монарх?
Наири: А это уже секрет. :-) Это передаётся из года в год, из поколения в поколение. У нас здесь, как и в любой демократической стране, есть расовая ненависть.
Сергей: Ага, оппозиция у нас тут, бунтуют частенько. Да, не любим мы тебя за нос, за волосы и за уши (смеясь, показывает на Наири).
Наири: И вообще похож на верблюда! Можете это записать, но это будет означать, что я его убью! :-)

Часто посвящаете песни кому-то?
Борис: Нет.
Наири: Федя мне вот постоянно посвящает. А я ему. Вот так друг друга любим, так же как и ненавидим. И вообще это всё последствия поездки.
Сергей: Смотря в каком смысле. Если глобально посвящается, то, думаю там в каждой песне кто-то кому-то что-то посвящает. А вот так, что бы "а вот следующая песня посвящается", то нет. Мне вообще главное на концерте не думать о Роджере Уотерсе.
Борис: Я думаю, когда песня придумывается, то каждый свою партию - гитарную, басовую, барабанную - кому-то посвящает.

Хорошо. Есть определённая черта, до которой Silence Kit может дойти в своих экспериментах? До брутал нойза, например?
Наири: Мы не экспериментируем. Мы просто играем музыку.
Сергей: Я помню, когда играли на вечеринке "Play", меня потом после концерта отлавливал парень, журналист. Подошёл и спрашивает: "Вот скажи, как ты считаешь - вот ваша музыка она очень сложная для восприятия - нужно быть каким-то подготовленным человеком?". Ну, я подумал и сказал, что нет. Я лично считаю, что в нашу музыку может каждый человек врубиться.
Наири: По сути вопроса - мы не ставим перед собой целью новые эксперименты, новые открытия.
Сергей: Нет, нету черты эксперимента ради нового эксперимента.

По поводу развития музыки. Вот сейчас идёт как бы парабола - музыка становится всё тяжелее и тяжелее. Вот в начале 90-х был популярен Korn, потом Slipknot, сейчас Korea, Perimeter, например. Что дальше - ещё тяжелее?
Наири: В этом мире, что в музыке, что в искусстве - круговорот и всё возвращается и крутиться. Вот раньше был популярен Slayer, потом пошла Nirvana, потом пошёл Korn. Slipknot мы относим к Korn. Perimeter и Korea тоже. А сейчас, вот посмотрите зарубежные фестивали, так как показательного в России никогда не будет, кто хедлайнерами является? Опять рок, старый рок. Velvet Underground, Iron Maiden. Всё возвращается.
Сергей: Мне кажется, что у музыки есть центробежные силы - то есть она разлетается и появляется более узкая специализация. Вот, например, лет 20 назад не было такого стиля, как эмо. А сейчас уже есть поп-эмо, эмо-кор, эмо-вайленс, эмо-шансон. А завтра эмо-вайленс разделится на пауер-эмо-вайленс и тру-эмо-вайленс.

А для чего идёт такое деление?
Борис: Моё мнение, что это происходит из-за того, что существует 3 миллиона интернет-пиздоболов, которые на данный момент сидят в Интернете, и тоже хотят укусить кусочек пирога. Музыкантов из них не получилось. Вот про группу Cannibal Corpse. Какой стиль они играют?
Сергей: Порно-грайнд они играют! :-)

А вот почему есть такая тенденция, что у нас, в той же России, когда появляется группа, нужно сразу находить в ней что-то плохое. А взять ту же Европу, Америку, так сразу говорят - да, там вот это хорошее, там вот это.
Сергей: Нам на себе не единожды приходилось такое испытывать.
Наири: Это ещё менталитет сказывается. Это опять об интернет-пиздоболах, возвращаясь к тому, что заметил Боря. Вот почему многие говорят - вот у них там всё хорошо, нормально. А очень просто, потому что, когда что-то новое зарождается в Европе или Америке, у слушателей появляется вера, что может быть это действительно интересная вещь. А здесь, когда что-то новое появляется, плохое или хорошее, не столь важно, у всех сразу мысль первая - обосрать и сказать, что вам всё равно не догнать тех то, тех то. Или просто не догнать "меня".
Борис: Даже если видят какие-то мелкие ошибки, все сразу начинают гнать. Ты лучше промолчи, скажи, что нужно работать над ошибками.
Сергей: Наоборот, всё проще нужно воспринимать! А то так бы уже давно можно было вешаться. Если человек видит группу, которая угрожает его личному благополучию, ему её хочется сразу обосрать, чтобы сразу сказать - вот это говно. Ну а если видит, что группа так себе, то можно и похвалить. Лучшая защита - нападение.

Вот в каком бы месте на Земле хотелось бы побывать?
Борис: На Марсе!
Сергей: Так вопрос вообще про Землю. :-) Я в Аргентине хочу побывать.
Борис: А так вообще хочу в Исландии побывать.
Фёдор: В Крым. Летом хочу в Крым.
Наири: Побывать я хочу везде, а так хочу на родину. Никогда не забываю о ней - у меня даже на барабанах флаг весит, только это не армянский флаг, а карабахский.

Чего ожидаете от концерта?
Борис: Посмотрим. Мы сами не знаем. Приехали из другого города, в незнакомое государство, в незнакомый клуб, играть на незнакомом аппарате. Выйдем, сыграем и посмотрим, как там.
Сергей: Ну, мне город очень знаком, хотя я его, если честно, не узнаю. Я его последний раз видел лет 10 назад.

Ну всё! Спасибо за интервью.
Борис: Теперь пьём!

Neformat.com.ua ©